?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Целью похода была выставка С.Дали и его единомышленников. Давно не видела, чтобы на третьем этаже был такой ажиотаж. К некоторым картинам не сразу удавалось подойти. Основное содержание разговоров посетителей - "какой смысл заложен в этой картине?", "что имеется в виду здесь? А там?" Сам по себе поиск смысла в чем-либо совершенно обычен, потому что присущ человеку в принципе. Странно было бы, наоборот, если бы люди не пытались его искать. Однако, большинство картин и скульптур на выставке испанских сюрреалистов явно не раскрывали своего смысла пытливому зрителю, даже на чуть-чуть, и не планировали это делать. Перед нами мелькали фрагменты снов, иллюзий, фантазий, порой удивительные, часто прекрасные, но иногда лишь узнаваемые символы позволяли понять, что здесь изображено, какой объект, о чем речь. Однако, при всей неопределенности впечатлений от картин, воздействие их на зрителя было магическим: подойти легко, отойти, не откликнувшись как-то внутренне на изображение - трудно. Не думаю, что многие пожалели о визите. Эмоционально заряженные изображения, пусть и не очень стыкующиеся с реальностью, загадочные и странные, больше радовали и вдохновляли, чем беспокоили и тревожили.
Оттого и мы не пожалели о полутора часах в очереди, холодной до замерзания в пусть и не зимней, но промозглой питерской погоде. Чего на самом деле жаль - запрета на фотографирование, всегдашнего на временных выставках.
Поэтому картинки будут только о том, что есть в Эрмитаже всегда, и о том, что видно из его окон, потому что я ходила и глазела, без какой-либо определенной цели.
Понятное дело, что первое или, во всяком случае, одно из первых впечатлений от Эрмитажа - Иорданская лестница, и я уже традиционно фотографирую её. Этот снимок сделан с первого этажа, то есть, я стою под лестницей, справа от её марша.
Возможно, тому, кто не был здесь никогда, трудно поверить, но это маленький фрагмент огромного роскошного пространства.


По лестнице на второй этаж, и налево - Фельдмаршальский зал, большой и просторный, такой, что танцевать можно. Картины и вазы по периметру, две люстры, одна чаша.
Стою рядом с чашей, смотрю наверх. Люстру разглядывать можно до бесконечности.


Чаша. Квадратная, что делает её менее "чашеобразной", и глубокого синего цвета, равномерно исчерченного золотым и белым. Уральский лазурит, Екатеринбургская гранильная фабрика, первая половина девятадцатого века. Постамент из серого порфира.
Из тех вещей, что скромно стоят в стороне, но умудряются при этом фокусировать на себе взгляд.


Поднялись по лестнице на второй этаж. Смотрю в окно. Нестандартный для Эрмитажа, но милый мне минимализм.


На третьем этаже, в одном из залов, где сейчас совсем пусто, открыли форточку. Немедленно высовываю в неё объектив. Какие маленькие люди, какой большой ангел. И всё такое белое, как будто уже вовсе не ноябрь.


После выставки Дали с компанией - залы японского искусства, и там открыли окно. Невозможно пройти мимо. И нет, не знаю точно, чем меня привлек этот кадр - то ли многослойностью объектов, то ли этим взглядом из окна в окна, но вот он, бывает что-то и в Эрмитаже "просто так". Есть в такой картине неизвестно откуда взявшийся уют.


Искусство Японии. Посуда для чая. Венчик для взбивания чая. Я так понимаю, что для Японии это что-то тривиальное: вот есть зеленый чай маття (матча), он представляет собой листья, перетертые в порошок, и в процессе приготовления его надо взбивать, чтобы не было комков. Но представьте себе это на нашей кухне... Стоите вы и взбиваете чай.


Это чашка. На чашке ибис. Если имеется в виду именно ибис японский, то изображение довольно-таки реалистичное. В Японии есть цвет "пера японского ибиса" - теплый розовый оттенок, и некоторые префектуры избрали эту птицу своим символом.


Окно закрыто. Судя по узлам, закрывавший стремился к надежности. Внизу видны люди. Почему они стоят друг за другом? А, так это же очередь в Эрмитаж. Как хорошо, что я уже не там.


Второй этаж. Умопомрачительный эрмитажный паркет, один из вариантов. Шпон разных пород дерева. Интересные наблюдения ждут того, кто не постесняется сесть на корточки у такого рисунка и, игнорируя прочих посетителей, некоторое время провести в изучении узора. Откроется его сложность в полной мере, но одновременно и некоторые технические особенности.


Элемент этого узора. Детали, которые видит внимательный.


Это "Зима". Извана Фальконе, автором "Медного всадника", и именно её он считал лучшим своим творением.
Она как будто знает не только о себе. Ну вот сами судите, какие цветы зимой? А она понимает, что они неизбежны, что прячутся где-то тут - и ведь они придут не при её жизни, а после неё. Что в её движениях и мимике, драма? Единство и борьба противоположностей? Нет, смирение и нежность.


Детали. Лицо, с полуулыбкой обращенное вниз.


Руки, отодвигающие ткань, открывающие секрет.


Секрет "Зимы" - цветы.


Окно в пяти метрах от "Зимы" - почти зима. Город. Когда они ещё будут, цветы...


Будуар императрицы Марии Александровны. Потолок, однако.


И часть интерьера этого же будуара.


Шла через один из следующих залов, посмотрела в окно. Иногда достаточно повернуть голову в удачный момент, или, как в данном случае, посмотреть вверх. Сидит себе, золотой весь (сидят себе, золотые все?) на шаре.


Малахитовая гостиная. Подсвечник. Их там ещё два, как минимум, таких. Розочка, да не совсем. Самый большой цветок - роза. Бутоны вроде тоже. И листья явно того же растения. А маленький цветочек, который самый левый, в окно смотрит? Он роза?


Розочка и Стрелка Васильевского острова.


В том же зале - бюро с лазуритовыми панелями, двумя большими и одной маленькой, инкрустированными так, как будто это рисунок.
Вот маленькая панелька. Лазурит чуть светлее, чем в той чаше, которая была в самом начале. Рисуночек - каменная мозаика-инкрустация.


Просто интерьер Малахитовой гостиной. Уральский малахит, дерево, золочение.


Прошли несколько залов.
Библиотека Николая II. Запаха книг нет, но всё же чувство настоящести библиотечой атмосферы осталось. Много книг - само по себе и радость, и свобода, и идеальное условие для работы.


Лестница неподалеку. Сфотографирована просто за прелесть геометрическую.


За окном Иорданской лестницы сумерки. Мы уходим, жалея, что так мало видели, что до многого не дошли, а наши ноги говорят, что больше не хотят никуда сейчас ходить, а мозг напоминает, что мы тут не в последний раз. И мы уже строим планы на следующий визит.

Comments

( 2 comments — Leave a comment )
petrark
Nov. 6th, 2016 05:42 pm (UTC)
Спасибо! Что-то не помню я этих интерьеров, по крайней мере, библиотеки. Впрочем, был в Эрмитаже последний раз более пяти лет назад. Сейчас приехал в Петербург, но не пошёл, и рад, потому что очереди на улице не выдержал бы.
alaxelrod
Nov. 7th, 2016 06:56 pm (UTC)
Библиотеку и я то ли раньше не видела, то ли видела давно, не смогла вспомнить. Малахитовый зал Вы не могли не видеть, равно как и Фельдмаршальский, про остальное не предположу. Очереди бывают разные, длиннее, короче, сейчас просто осенние каникулы, да к тому же это был выходной день. В принципе, если в будний день, да даже и в субботу, прийти в Эрмитаж к 10.30, то очереди можно избежать, или она будет минимальной. А если пойти в день бесплатных посещений, то можно обнаружить хвост где-то у середины Дворцовой площади.
( 2 comments — Leave a comment )

Profile

alaxelrod
Ася Аксельрод

Latest Month

October 2019
S M T W T F S
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Tags

Page Summary

Powered by LiveJournal.com
Designed by Tiffany Chow