Category: лытдыбр

И к слову о моих учителях нешкольных.

Я училась на этой Мастерской - был 2007-2008 год.
Нынешний набор двадцать шестой. Спятить же можно - двадцать пять лет они каждый месяц с октября по май три дня подряд ведут эти занятия, каждый год начиная снова, каждый раз всё для них и также, и иначе. В каждой учебной группе может оказаться тот, кто останется с ними надолго, как осталась я, и тот, кого больше не увидят после окончания, но главное - они делают великое дело, эффект выходит за рамки повышения квалификации, распространяясь на жизнь участника, улучшая её. Похоже, это работает для всех.
Фотография здесь моя, да и в целом плакат мой.

Самуил Лурье.

Он умер сегодня. Мне повезло слышать четыре его лекции, фотографировать одну из них.
Библиотека ЕСОДа (Санкт-Петербург, Большая Разночинная 25), лекция "Надсон и Ватсон", ноябрь 2011.

Collapse )
Да будет благословенна его память.

Ещё о политике.

Муж кричал мне в пылу ссоры: "ты антисоветчица!"
На дворе был год 2010 или 2011, и мне казалось странным анахронизмом само это слово. Сейчас уже почему-то не кажется. И думаю, что точнее обозначить меня в отношении к политике и всему, что вокруг и из-за неё, одним словом трудно.
Я антисоветчица. Со всеми вытекающими.
Редко что-то пишу про политику, не всегда читаю, а вот как думаю и отношусь к подавляющему количеству событий и текстов, можно предполагать, исходя из вышесказанного.
Надеюсь, что никого не дезориентирует в этом смысле отсутствие моих текстов и репостов.
2013

Пастернак и мы сегодня

Есть у Б. Пастернака такой текст - "Русскому гению", датирован 1941 годом.
Все время думала, что речь идет про то время, про тогдашнюю ситуацию.
И вдруг поняла, что повторяю про себя строчку про чужую ложь и объяснения, думая о своем неответе на очередную неясно-неадекватную реплику в очередном холиваре. Нет, здесь не про отношение к холиварам в целом, об этом бы отдельной строкой. Но вот про желание не отвечать, посещающее меня в строго определенных ситуациях все чаще и чаще. А именно - в ситуациях, когда ложно всё в той реплике, и лишь эмоции её автора узнаваемы: липкий страх из разряда страхов перед миром, в сочетании с чувством своей незащищенности и злобой по отношению к первым попавшимся людям или явлениям, подходящим на роль "помехи", "врага", "чего-то ужасного". Эмоция эта, безусловно, заслуживает внимания и пристального взгляда. Но реплика, порожденная интеллектом под влиянием такого аффекта, у меня вызывает отторжение, а вовсе не желание отвечать и поддерживать диалог. Иногда преодолеваю это свое чувство, вижу смысл в диалоге, на то есть, бывают причины. Но всё чаще в голове - "не довершай", не переходи в ситуацию позора.
Не довершай. С коричневыми рубахами все в порядке. То манжет вылезет, то воротничок. Свежеотглаженный, но коричневый. И незаметно вроде - а нет, вот уже и заметно. Проблема теперь с противовесом. Вы думаете, это просто ворчание? Мне вполне ощутимо страшно. Как называется современный противовес "коричневым рубахам"? Назовите его по имени, если вам оно известно.
Стихотворение таково, что рефлексировать можно над каждой строкой. Но пока остановимся здесь. Очень про сегодня рефлексия получается. Про такое сегодня, что и не снилось Пастернаку.

полугрипп, полу...

У меня полугрипп.
Раньше в таких случаях я просто ложилась и болела. Все в порядке, вроде, так положено. Но один раз, в 1997 году, именно в таком состоянии начинающегося гриппа я летела в Израиль. Впервые в жизни. И да, мне явно было плохо, но очевидно это стало лишь в самолете. При первой же возможности, добравшись до места, я уснула. Летела я тогда учиться, и всего на две недели. Лежать и болеть было невозможно. Хотелось увидеть Иерусалим и не пропускать занятий. Кажется, тогда я так и не пролежала больше одного дня подряд. И случилось чудо. Я не так уж хорошо себя чувствовала, но и не безумно плохо, если не считать явного ухудшения в одну из суббот. Мне было лучше, чем если бы я лежала все время. Сотрудница общежития, вроде коменданта, выдала мне какие-то местные таблетки. Я их ела, кажется, два или три раза в день. Остального не помню. Кто-то знал, что я болею, кто-то - нет, но это уже не играло такой роли.
Тот опыт не то что забылся, но как-то не использовался дальше. Редко болею, хоть и от души, и в лежку каждый раз. Но все же - кажется, пару раз за минувшие годы было так сильно.
Четыре дня назад поняла, проснувшись утром, что все, я попала опять в эту гриппозную западню. Что-то было не так. Но списала все на мнительность. Действительно, мало ли что покажется спросонья, да еще с недосыпа. К вечеру стало чувствоваться что-то не то. Приехала домой, выпила антигриппин. Остановиться, лечь и лежать было нельзя категорически, по неочевидным причинам, о которых здесь не хочу. На следующий день было уже очень плохо, болели кости лица, про температуру не знаю. Я не остановилась. Все время только неотступно думала, как бы не заразить кого-нибудь, и старалась сводить к минимуму контакты, поменьше, насколько это было возможно, стоять рядом. Мозг плыл и выключался. Ныла голова. Выпила антигриппин и много чая. Вчера удалось поспать днем, под нытье все той же головы. Много чая и антигриппин. Сейчас - четвертый день сопротивления желанию лечь и лежать. На улице намного легче, чем в помещении. В четырех стенах труднее, душнее, болезненнее. Сидеть и ходить не так тошно, как лежать, но сильнее обычного клонит в сон. Хочу продержаться до конца. Чай, антигриппин, движение, свежий воздух, и очень Солнца не хватает.